"Я остаюсь, чтобы жить", с любовью к России, фамилия - служивый.

 "Историческая литература, как правило, редко содержит имена простых людей, не отмеченных знатностью своего происхождения и не выдающихся с точки зрения современных историков. Списки их имен и фамилий спрятаны в труднодоступных для читателя архивохранилищах. По этой причине возникает желание связать исторические данные о массовом заселении земель по Белгородской черте с реальными фамилиями людей, которые своим трудом и ратным подвигом ковали славу великой России."

В России много разных славных фамилий: Пушкины, Толстые, Кутузовы, Романовы, Смироновы, Антоновы, Верещагины и много-много других, не менее славных и добрых. И всё это - рОды, роды и роды. Некоторые фамилии исчезали (прекращали свое существование, завершали свой жизенный путь на Земле (и некому "лапу пожать" и вспомнить о них добрым словом).

Одна из моих родных фамилий (мамин отец, мой дед, Петр) - Пупынина. Нет, я не могу сказать: "урожденная Пупынина", постольку, что мамин брак был ничтожным, по-другому, незаконным, не венчанным  и не регистрировался в доме приюта всем обездоленным - ЗАГСе, иначе, носила бы фамилию Мироненко.

Но вернемся к Пупыниным. В криминальных вековых летописях замечены не были. В основном, служили России. Род древний, есть упоминания еще в 1600 году в Новгороде: "Жданко Иванов сын Пупынин, подьячий (подьячий, поддьячий — низший административный чин в Русском государстве в XVI — начале XVIII века. Под руководством дьяков подьячие выполняли основную делопроизводственную работу в центральных и местных государственных учреждениях. Составляли особую группу служилого неподатного населения.) в Шелонской пятине. 1600" (по-нашему: Ждан Иванович Пупынин). 

Еще ранее, это фамилия упоминается (между прочим, там упоминается и фамилия Погонин) в связи с населенным местом Епифань

Служил России. "Хождение по мукам".

Начну-ка я, пожалуй, вспоминать своих земляков, которые верно служили Родине и Отечеству (им и только им).

Такое чувство, что Сталин однажды бросил в их адрес, как бросил про Пастернака: «Не трогайте этих небожителей!»

Есть такой дворянский род в России - Шиловские. Ведет свое происхождение еще с XIII века, от «цесарские державы мужа славна и честна и добра рода» Константина Шиловского. Сын его, Александр, выехал в 1243 г. вместе с братом своим Михаилом «из Цесарии через Польшу к великому князю киевскому Даниилу Романовичу», поставившему его наместником львовским, а внуки и правнуки его служили окольничими и воеводами у князей рязанских.

Владимиру Степановичу Шиловскому, женатому на графине Анне Алексеевне Васильевой, было Высочайше предоставлено в 1879 г., именоваться графом Васильевым-Шиловским. Род дворян Шиловских записан в VI часть родословных книг Московской и Рязанской губерний, а герб внесён в V часть Общего Гербовника. Герб графа Владимира Степановича Васильева-Шиловского (соединённый герб обоих родов) внесён в Часть 13 Общего гербовника дворянских родов Всероссийской империи, стр. 17.

Есть ещё несколько дворянских родов Шиловских, более позднего происхождения.
Шиловский, Виктор Константинович (1911—1973) — советский футболист и тренер, игрок сборной СССР 1930-х годов, мастер спорта СССР.
Шиловский, Всеволод Николаевич (род. 1938) — российский актёр и режиссёр.
Шиловский, Евгений Александрович (1889—1952) — генерал-лейтенант.

Булгакова, Елена Сергеевна (урождённая Нюренберг, в первом браке Неёлова, по второму мужу Шиловская; 1893—1970) — третья жена, муза русского советского писателя и драматурга Михаила Афанасьевича Булгакова.
Шиловский, Илья Всеволодович (род. 1970) — российский режиссёр.
Шиловский, Константин Степанович (1849—1893) — российский либреттист, писатель, актёр, скульптор-любитель.
Шиловский, Леонид Прокофьевич (1919—1943) — рядовой, разведчик, Герой Советского Союза.
Шиловский, Пётр Петрович (?—1940(?)) — русский юрист, губернатор Костромы, изобретатель и пропагандист транспортных средств с гироскопическим эффектом тяжёлого маховика.

Описание герба

Щит полупересечён и рассечён с золотой главой. В ней взлетающий Императорский орёл. В первой части в серебряном поле зелёный лавровый венок, сопровождаемый по бокам двумя золотыми пчёлами. Во второй части в золотом поле зелёное грушевое дерево на зелёной возвышенности с серебряными плодами. В третьей части в червлёном поле серебряный столб, увенчанный чёрным парящим орлом. За столбом накрест золотой ключ бороздкой к правому верхнему углу и такой же меч остриём к левому верхнему углу.

Над щитом графская корона с тремя графскими коронованными шлемами. Средний шлем коронован графской короной, правый — баронской, левый — дворянской. Нашлемники: среднего — три страусовых пера, из коих среднее — червлёное, а крайние — золотые; правого — чёрное орлиное крыло; левого — правая рука в червлёном рукаве держит серебряный изогнутый меч с золотой рукояткой. Намёты: среднего шлема — зелёный с золотом; левого шлема — червлёный с золотом; правого шлема — чёрный с золотом. Щитодержатели: два золотых льва с повёрнутыми назад головами, червлёными глазами и языками. Герб графа Владимира Васильева-Шиловского внесён в Часть 13 Общего гербовника дворянских родов Всероссийской империи, стр. 17.

На службе Отечеству более всего проявил себя Евгений Александрович. Где прикажут и служил Отечеству - в этом всё русское

Спасибо за санкции

Знаете сколько я уже не ела яблок? Одно-два в год не считается. Наверное, лет двадцать, или, больше. Вчера зашла в супермаркет купить продукты маме и вижу перед собой, там, где всегда лежали бананы и персики, яблоки. И не то унылое, ничем не пахнущее, жесткое и безвкусное... г, а наш яркий, сочный анис. Я от радости набрала аж два кило. Вот скажите: зачем нас так долго держали на голодном пайке? Куда подевались такие великолепные сорта "Шафранное зимнее и летнее", "Скрижапель", "Коричное" (одно из самых любимых), "Штрефель", "Грушовка", "Папировка"? Ну. а "анис" - это всегда было любимым яблоком детворы - с нежным ароматом, нежесткое, кисло-сладкое, но кислоты там меньше, чем в других сортах.
Я знаю в яблоках толк - у нас был когда-то большой свой сад, да и у кого в Лебедяни его не было? Райские яблоки там до сих пор растут, мда. Только теперь, наверное, на всю Россию не хватит - в годы перестройки, говорят из родных мест, уничтожили многие сорта - влияние запада, "ёшкин кот"!

П.С. Для родных сообщаю: сын сегодня выполнил КМС, с чем я его поздравила. Хотя отношусь к этому скептически, этот вид спорта, как и американский бильярд, не сравнить с нашим бильярдом - тяжелые белые шары на зеленом сукне - это вещь. Но ему ничего не скажу, не хочу его расстраивать. Словом, мы рады победе.

Василий Ситников. Часть 5.

Продолжение публикации художника о себе, начало под цифрами: 1, 2, 3 и 4.

В восемь лет папа отдал меня в школу. В это время я уже умел читать и писать; и учителя, поняв мою сообразительность, захотели меня перевести во второй класс.
В очереди в булочную за хлебом мама познакомилась с поразившей ее воображение старухой, которая сказала, что коммунистическая власть скоро кончится и будет такая же жизнь, как и при царе, и что она учительница и учит детей у себя на дому. Ей отдают своих детей порядочные богатые люди и платят ей деньги, потому что она учит детей хорошо и по-старому, а в советской школе учат плохо по-новому.

Мама долго умоляла со слезами папу взять меня из школы и отдать на обучение этой старухе-немке за хорошую плату.
Наконец, папа уступил маме и ради хорошего образования стал платить деньги этой старухе и отдал меня ей для обучения.
К старухе ходили богатые дети, человек пять или шесть. Она учила нас говорить, читать и писать по-немецки и таблице умножения до... пяти... потому, что больше сама не знала. У нее была очень внушительная наружность. Она была толстая, седая, пучеглазая со злым лицом, похожим на бульдога. Она часто меня била, хорошо выучила читать и говорить по-немецки, и обещала моему папе подготовить меня за три года в пятый класс советской школы, если он, сверх платы за обучение, будет ей привозить дрова со склада, пилить и колоть их и приносить на третий этаж. А мама будет ей мыть полы и стирать белье бесплатно, и еще, кроме того, приносить ей из магазинов продовольствие. В те времена всюду в магазинах были длинные очереди покупателей. Еще дамочка эта требовала к Пасхе и Рождеству дарить ей целого гуся. Пожрать она любила.
Теперь я поражаюсь терпению и темноте моих родителей.

Василий Ситников о себе. Часть 4

Продолжаю публикацию рассказа художника о себе и его отношении к живописи. Ранние записи здесь, здесь и здесь.

Постольку, что подходящей картины из его творчества не нешла (подходящей по смыслу - речь идет о его детстве), размещаю в качестве иллюстрации свою "Мир детства", которая пишется уж оо-очень давно. Переписала лужайку, часть неба внизу, оно было какое-то холодное и не соответствовало тому времени года, который я хочу изобразить. Картина, конечно, несколько надуманная и достаточно далека от реальности. Но здесь я учитывала то, что она пишется для моей мамы. К тому же, она вдохновляется только моими воспоминаниями. После посещения моего родного города, я, например, установила, что елка перед крайним справа домом на самом деле растет перед вторым от этого края. Плодовых деревьев перед домами сейчас нет, по-видимому их срубили, очень жаль. Две яблоньки перед нашим домом (в центре) я сажала сама, саженцы нам выдали в школе и яблоки грушевка были на них очень вкусные.

Продолжение:

Мир детства. Новый вариант.
Прежний размещен ниже и в других постах.

Я до сих пор люблю одинокие размышления. В одиночестве великолепно работается. Можно много раз переделывать то, что уже высококачественно выполнил, и в этот радостный момент любования своим трудом, осеняет мысль, что ведь можно сделать по-другому и будет гораздо лучше. Никто в одиночестве не подгоняет, не скажет "оставь так"; что хочешь то и делаешь. Сколько хочешь, столько переделывай свою работу наново. Хочешь, вообще забрось и начинай другую.
Когда мама выходила замуж, ей достался в придание русский ковер: на абсолютно черном фоне величиною с большую сковороду анилиновыми красками

Василий Ситников о себе

Из "Жития Василь Яклича Ситникова". Ранее вышедшие: часть 1-я и 2-я .

С тяжелым приключениями целую неделю мы ехали 360 километров до Лебедяни. И вот папа опять крестьянин и опять стал пахать землю в поле на чужой лошади и чужой сохой. Купил корову, которая давала полтора литра молока, две овцы, пять кур и пару уток. Надо было делать новую крышу в закутах, где ночевала корова и овцы, надо было рыть новый погреб, потому как старый мог обвалиться, надо было покупать телегу, лошадей и упряжь, соху, борону, каток, кадки для капусты и огурцов. Словом, много разных хозяйственных вещей. Но для того, чтобы достать деньги на покупку, надо было их как-то заработать. Если наняться в батраки, то платили очень мало, и чтобы накопить нужную сумму, требовалось отработать лет десять, купить себе все необходимое для землядельца, еще поработать года три изо всех сил, собрать хорошие урожаи, продать их, и только тогда жизнь войдет в нормальный ритм. Но в эти годы 1918 и 1919 у нас была гражданская война и сверепствовал голод. Люди ели крапиву, лебеду и пекли "хлеб" из мякины. Многие умерли голодной смертью.

Я отчетливо помню эти муки родителей.

Василий Ситников. Продолжение

Продолжение рассказа Василия Ситникова о себе, о родном крае и живописи. Начало здесь.

Папа мой родился и вырос в деревне Новое Ракитино в пяти километрах к северу вверх по течению Дона, в бедной семье. Мама моя родилась и выросла в богатой семье мельника за двадцать пять километров от моей родной деревни на Дону. Поженились они в 1910 году, а в 1915 году я родился. Два брата папы по обычаю оставили старый родовой дом моему отцу как самому младшему и по обоим сторонам нашего дома построили себе новые. В нашей местности все дома делались из кирпича с соломенными крышами и изредка железными.
К началу XIX века повырубили оставившиеся березывые и дубовые рощи и теперь вокруг до горизонта (тянутся) едва заметные пологие холмы. Пять километров в ширину, семь километров в длину, а холм высотою в 20 метров. Лес остался только в трех местах и эти места от нашей деревни за 15 и 20 метров.

После моего рождения

Вечный русский дозор. Василий Ситников о Лебедяни.

Давно я хотела рассказать о художнике-земляке Василии Яковлевиче Ситникове, крестьянском сыне, много пережившем, но оставившим свое детское отношение к жизни, любившем все русское. С необычным характером, отсидевшим по 58 статье в лагере (нет объяснения - за что), завсегатая психбольниц за свой нонкомформизм-ли или боготворчество. Хорошо распродаваемом на Запад картинами с женским телом и почти сувенирными видами куполов соборов и Кремля.
Все это легенды. Но после длительных поисков я нашла материал, где он сам расказывает о себе, о местах, где прошло его детство, о родителях. Постольку, что его творчество изложено в виде рукописных листов, я "привела" эти записи в печатный вид. Пршу также извенения за то, что сохранила авторский вид слова "Русские" (с большой буквы) - посчитала это важным.
В этом повествовании я убрала некоторый авторский стиль, прошу простить. Фото-скан текста для примера я размещу.

История города Лебедянь.

До исторической битвы Русских с крымскими татарами на Куликовом поле при реке Непрядва в этом месте была нейтральная полоса между Русским государством и владениями крымского хана Мамая, которую Русские называли Дикая степь. В Дикой степи кочевали со своими стадами лошадей, коров и овец татары, ... (?жили) они в шатрах. Русские были зкмледельцы и, естественно, оседлы. Как те, так и другие, разрозненно боялись близко подходить к друг другу. Растояние определялось просто. Чтобы одни не могли догнать на лошадях в многодневной погоне других. Поэтому нейтральная полоса между государствами была широкой, безлюдна и изобиловала всевозможной дичью.

Василий Ситников. Столб в поле.
1985, холст, масло

Дмитрий Донской и пятьдесят тысяч воинов сумели разбить войско хана Мамая в тристо тысяч. Татары пришли со своими шатрами, стадами и семьями, потому что были уверены награбить и побольше увезти в телеге русского добра. После разгрома в битве началась погоня русских за татарами. Их догоняли и захватывали в плен. В те времена это означало в вечное рабство. Захвачено было много и женщин и детей. Догоняли татар несколько дней. И вот русские выбрали один самый высокий берег реки Дон для того, чтобы установить деревянную вышку дозора и с нее постоянно смотреть не появятся ли вновь войска татар. Рядом с вышкой был заготовлен большой костер на случай появления татарского войска на горизонте.
Костер зажигал и

Тихо, тихо, сказку напевая...

Кажется, наметился край давней работы над картиной. И не картина, а, так, воспоминание моего детства. Так ее и назову: Мир моего детства.

"Усадила" бабушку на скамеечку (куда без них) - они зорко следили, чтобы все было тики-таки.

Появились куры-гуси, тоже постоянные наши спутники. Видимо, тоже наблюдали издали за нашими проделками. Ну, и подружки, конечно. Играли мы и в более старшем возрасте и с мальчиками, о Боже!, в футбол. Но, как правило, они нас не брали. В лапту - пожалуйста, а в футбол, если только команда не набиралась, увы.

Где-то в глубине России

Из воспоминаний детства.

Начну свое повествование о том как жила наша семья в Липецком крае в старинном русском городе Лебедяни.

Гимназия №1, Лебедянь,
тетя Клавдия, третья слева

Пригород, где они жили, назывался Кузнецкой слободой, сейчас улица Тургенева. То время, когда его основали кузнецы, я уже не застала. А в середине прошлого века, уже при советской власти, там еще не было электричества, были керосиновые лампы, керосиновая плита - летом и русская печь - зимой, для приготовления пищи. Утюг на углях, бизмен, коромысло, керосиновая лампа для освещения дома, свечами пользовались редко, видимо боялись пожара. Дрова и уголь зимой надо было заготовить заранее, дрова привозили бревнами, надо было распилить их, сложить в поленицы, уголь перенести в сарай. Коровы и лошадей у нас уже к тому времени не было, забрали при раскулачивании, держали только кур и кроликов. Летом вдоль задников садов под кустами росла сочная трава, в основном клевер - вот ее мы и заготавливали на зиму. Овощи, фрукты - частью шли в переработку, варили варенье, сушили яблоки на решете, яблоки же замачивали в кадушках вместе с капустой на зиму.
Молоко и мед брали каждый день у хозяев, кто еще держал их. Сложно, но можно при трудолюбии и согласии в семье. У многих в садах посредине участка были вырыты пруды для полива огорода. Середина лета часто была засушлива и огород требовал влаги. Там же летом вечером мыли ноги перед сном. Умывались в рукомойнике в сенях. Сени - это

Такой не зимний пост. Лебедянь. Часть 9

Вот и подошли к финалу повествования о моей поездке на Родину, где прошло мое детство и юность.
Начало здесь, здесь, здесь, там, в этой точке, еще одна часть, еще и еще.

Остановились мы на том, что я во второй день моего пребывания посетила село Романово, лежащее между городами Данков и Лебедянь.

Возвращалась я еще до обеда, солнце разыгралось не на шутку, температура подскочила до 32 градусов, и это только начало лета. Но переносится жара легко, только бы не сгореть.
Попросила водителя остановиться возле Нового моста через Дон. Здесь когда-то в Стрельцах жила моя тетя Варя и я иногда жила у нее летом. Ее сад заканчивался выходом к реке, где можно было поплескаться и позагорать. Она к тому времени уехала к сыну в Запорожье, а дом пока пустовал.
За мостом, уже на городской стороне,

Когда я не сплю

У меня обычно пониженное давление и постоянно тянет в сон. Приходится буквально себя приводить в чувство по утрам с помощью кофе. Иначе хана, каюк и т.п.

Так вот, осенью, ввиду того, что моя кошка любит точить когти не только в предназначенном для нее месте, но и везде, где ее коготки мягко впиваются в подходящую ткань, жилище мое утратило праздничный вид. И еще при установке окон обои по периметру пришли в явную негодность, что все это послужило причиной некоторой "модернизации" окружающего меня пространства.

Над креслами, внизу у шкафа,

Лебединая песня. Часть 8

 Утром следующего дня я по намеченному ранее плану выехала в Романово. Надо сказать, что когда я ехала в родные места из Москвы, я приметила там некие развалины посреди поля, но потом как выяснилось, ничего не было. Но это повлияло на мое решение следовать в Романово. Постольку, что сие утреннее видение было расположено ближе к Данкову, я, соответственно, вышла на дальней остановке села. 

Несколько раз попытки мои пройти в село вот так сразу, минуя кладбище и церковь, не удавались. То вышла к одному дому на окраине, окруженному со всех сторон злыми собаками. Хорошо, что они были привязаны. Следующая попытка привела меня на задворки длиннющего огорода. И кто знает, каких собак я там бы встретила. Тогда я решила идти в обход села справа, так как левый край его был, скажем, не просто далеко, а очень далеко.

Передохнула в небольшой тени лесочка, где повсюду росла очень-очень крупная земляника-клубника, я двинулась за околицу. Лесок миновала, где паслись одна несчастная корова и бычок, вышла на проселочную дорогу и с облегчением вздохнула.

Наконец-то. Вот кладбище, вот и церковь впереди. Пошла в сторону церкви, справа появилась худощавая женщина на велосипеде. Она не спеша крутила педали. Спрашиваю у нее, есть ли здесь в округе старые развалины. Нет, говорит, не слышала о таких. Тогда я решила идти через село к остановке, но к той, которая ближе к Лебедяни. Времени у меня еще было достаточно, чтобы осмотреться вокруг и посмотреть как здесь живут люди.
Село имело опрятный жилой вид, встретила рыбаков у моста, но вот животинки так же мало, как и в пригороде города, одно семейство кур, да на другом берегу реки гуляла пара гусей. Куда все подевалось: и былая живость, и детские голоса, и пение петухов? Вернулась в город еще до обеда, вышла у Стрелецкого (Нового) моста и направилась в старый Троицкий монастырь через Стрелецкую слободу. Здесь в Стрельцах, на берегу Дона когда-то жила моя тетя Варя, я частенько у нее гостила, бывая в Лебедяни на каникулах.
Смотреть фото дальше:

Лебединая песня. Часть 7.

Части: 1, 2, 3, 4, 5, 6 под этими цифирями, надо только на них наступить мышкой.

Да, что-то мне совсем не пишется. Навалилось множество мелких домашних дел и не совсем мелких. Может и осень виновата. Любимое время года (еще и весна) что-то в этом году меня не воодушевляет.

Наконец-то объявилась моя старая подружка-одноклассница. Написала, позвонила, приехала. Радует, что у нее все более-менее. Хотя в нашем возрасте это "более-менее" почти что "здорово".
Еще прошу прощения у всех своих родных и б
лизких знакомых, что не выхо
жу в скайп: все хорошо, но, повторюсь, дела забрали меня в плен :). Я вернулась, кошка в порядке, бабулечки мои живы и здоровы, чего и вам желают. Внучка растет, дети иногда огорчают, но не сильно. Словом, растем. Главное не вниз, иногда поводит нас в разные строны, но всегда возвращаемся на свое законное место.

Это было предисловие к моему продолжению рассказа о 2-хдневном путешествии в Лебедянь. Продолжаю.

Итак. Будет много фото.

Лебединая песня. Часть 6.

Части: 1, 2, 3, 4, 5 под цифирями, надо только на них наступить мышкой.

Вот и дошли мы до поворота с Советской улицы в Кузнецкую слободу на улицу Тургенева. На ней стоит дом, где мы жили с мамой, а в Кузнецах - того дома, где она родилась, уже нет. Его новые хозяева перестроили. Не могу сказать, что он стал хуже или лучше, просто совсем другой. Был красный, стал розовый, крыльцо уехало влево. А вот перед домами картинка ни мне, ни моим бабусям не понравилась. Во-первых, газовые трубы торчат перед домами, и, согласитесь, не радуют глаз. Мусорные контейнеры также не украшают, а если их кто наподдаст ногой, и того ужаснее. Словом, грустно мне было. Детских голосов совсем не слышно, да и не видно их было. Или все попрятались из-за жары, или их стало маловато.
Не встретила, ко своей печали, ни одной уточки, или гусочки, или козочки, не говоря уж, о более крупной животине. А раньше им было там привольно и вольготно. Поговорила только вот с одной из наших соседок, она, слава Богу, жива, но старость ни обходит никого стороной. Одиноко ей там, хотя и сын рядом. Но как так можно детям не заботится о своих родителях? Жаловалась она мне, видимо и излить душу некому. Вы же сами когда-нибудь тоже будете в том возрасте, когда вам может потребоваться помощь - забота о близких даст вам надежду, что и вас не забудут.

Что ж, поплыли дальше:

Улица Тургенева, дом, на котором надпись "50 лет СССР", тот самый:

Детский сад, куда ходила некоторое время моя дочь:

Воспоминания

Иногда думаю, почему людей так тянет на Родину? Что им земля - она почти везде одинакова, люди, воспоминания или что-то еще?

Может, детство - самое приятное из того, что нас поддерживает в земных тяготах? Наши солнечные дни. И родители такие еще молодые, и много родственников. Все тебя любят, холят, лелеют. Молодой сад, деревья, которые тебя окружают. Как все это похоже на рай! Твои мечты, ты любишь всех без разбору, иногда плачешь, но это редко.

Потом земная жизнь немного придавливает тебя, ссоры, обиды разрушают твое сердце, оно черствеет и забывает, что жить это, все-таки, здорово. Чувства притупляются, становится безжизненным тело, ум лишается опоры на детство, особенно, если ты покидаешь дом, где ты родился.

Возвращайтесь в свое детство, хотя бы изредка, вспоминайте, звоните друзьям, пишите им письма, ищите точки опоры на любовь.

Пересматривая свои старые работы, нашла старый, один из первых, набросок.  Взялась за его завершение. Эскиз уже достаточно преобразился, была мрачная, тяжелая картина с яркими пятнами деревьев и кустов, с давящим закатным небом, что еще можно увидеть

Возвращаясь к готам

Лебедянь, ворота дома по Почтовой улице

Описание готов, как о народе можно встретить у Иордана, историка IV века готского происхождения, у Прокопия Кессарийского, тайного советника или официально секретаря военного полководца Велизария VI века. Оба они пишут о готах как о воинственном народе, первоначальное местообитание их определяют на острове Скандза (Scandza). Клавдий Птолемей, отличный описатель мира, сделал упоминания о нем во второй книге своего труда, говоря: "Существует большой остров, расположенный в волнах северного океана, Scandza по имени, в форме можжевелого листа». ... Этот остров расположен в передней части реки Вислы, которая берет начало в горах сарматских и доходит до Северного океана, разделяя Германию и Скифию. Если волки переходят на эти острова, когда море замерзает по причине большого холода, то они теряют зрение. Таким образом, земля эта не только негостеприимна для людей, но жестока даже к диким зверям.

О внешности готов от Прокопия: "Существовали многочисленные готические

Лебединая песня. Часть 5.

Начало, продолжение 1, 2, 3 там.

 Вид на Советскую и колокольню Нового собора справа от улицы Мира 

За всеми огородными и делами бабушки, мамы и дочери не было времени совсем на продолжение публикации своего путешествия-воспоминания в детство и город Лебедянь.

Но в памяти все сохранилось и долг звал к столу - написать, забросать вас своими фото города, который мне по прежнему дорог.

Что ж, пройдем дальше по нему. Мы все еще в центре города. Улица Советская, она же центральная улица города. Там когда-то по моим детским меркам росли раскошные пушистые липы, которые чУдно благоухали в

Лебединая песня. Часть 4.

Следующая прогулка по городу Лебедянь. Начало, продолжение 1 и продолжение 2.

Итак, по Почтовой я дошла до поворота на Свердлова (ранее, называлась Малая Дворянская).

Лебединая песня. Часть 3.

Что ж, пойдем бродить дальше по городу.
Начало здесь: Часть1 и Часть 2.

На улице Советской поворачиваем налево и идем вдоль Торговых рядов (памятник архитектуры 19 века):

Напротив - школа №1, когда-то было светлое здание (до революции